На главную Rambler's Top100

Август 2007 г.

История исторических изречений

История исторических изречений

Труден только первый шаг

— Итак, мы отправляемся в поход! — бодро воскликнул академик Пятитомов и вскинул на плечо рюкзак.

— Что-то мне неохота, — сумрачно промолвил его внук Сережа, — я лучше на даче останусь.

— Не ленись! — одернул его профессор Синицын, друг и соавтор дедушки. — Собирайся — и вперед, вместе с нами. Помни: труден только первый шаг!

— Вот именно, — подтвердил академик.

Маркиза дю Деффан

— Как однообразны эти ваши исторические изречения, — вздохнул внук, — как нравоучительны и серьезны!

— Зато они справедливы! — воскликнул профессор.

— Это как посмотреть. Второй шаг легче, что ли? — проворчал Сережа. — И, самое главное, — ни капли юмора.

— Насчет юмора ты не прав, — не согласился академик. -Что касается юмора и иронии, их-то как раз обсуждаемой нами фразе не занимать.

— Ну, не знаю, — упорствовал внук.

— Зато мы знаем, — сказал профессор. — Впервые это историческое изречение прозвучало в Париже в знаменитом салоне госпожи Мари де Виши-Шамброн, маркизы дю' Деффан. Здесь в середине ХVIII века собирались, так сказать, сливки тогдашнего общества — писатели, архитекторы, скульпторы, философы. Ты только вслушайся в эти имена: Гельвеций, Мирабо, д'Аламбер, Вольтер…

— Хм, — отозвался Сережа.

— Будешь учиться — еще не раз услышишь про этих людей, — пообещал академик. — Так вот, в салоне маркизы дю' Деффан велись свободные беседы на самые разные темы. И вот однажды речь зашла о чуде святого Дионисия.

— Согласно легенде, — подхватил профессор, — когда язычники обезглавили этого христианского мученика, он взял в руки свою отрубленную голову и направился с ней к месту собственного погребения, сделав десять шагов.

— Быть такого не может! — воскликнул внук.

— Именно так сказал и кто-то из гостей маркизы. Она же мило улыбнулась и промолвила: «Почему бы и нет? Труден только первый шаг!» Это была шутка. Стоит ли, мол, спорить с религиозными догмами — все равно они не поддаются логическому осмыслению. Прошли годы, изречение вошло в поговорку и приобрело несколько иной оттенок: главное — начать дело, а дальше оно само пойдет. Исторические фразы вообще нередко слегка меняют свое первоначальное значение.

— А для современников маркизы дю Деффан ее авторство и ироничность произнесенных ею слов были несомненны, — подтвердил академик. — Тому есть неопровержимое доказательство. Посылая маркизе в подарок экземпляр своей знаменитой книги «Орлеанская девственница», Франсуа-Мари-Аруэ Вольтер писал: «Замечательная Ваша шутка процитирована в примечании к моему труду».

— Иначе говоря, — подытожил профессор, — молодец, маркиза, здорово пошутила; умри, Денис, лучше не скажешь!

Умри, Денис, лучше не скажешь

— Почему — умри? Какой такой Денис? Совсем вы меня запутали! — рассердился Сережа. — То маркиза дю Деффан, то Денис какой-то…

Потемкин и Фонвизин

— Не какой-то, а вполне конкретный — Денис Иванович Фонвизин, знаменитый наш российский драматург, — отпарировал академик Пятитомов. — Его-то ты знаешь, в школе проходил. Так вот, в 1782 году в Петербурге состоялось первое представление его комедии «Недоросль». На спектакле собралась самая изысканная публика. Был среди зрителей и светлейший князь Григорий Александрович Потемкин. Распространенное предание гласит, что после того, как опустился занавес, он подозвал к себе автора пьесы и восхищенно произнес слова высокой похвалы…

— Вот эти самые? — попробовал догадаться Сережа.

— Не совсем, — уточнил профессор. — Согласно преданию, он произнес: «Умри теперь, Денис, или больше ничего не пиши: имя твое бессмертно будет по одной этой пьесе». Имей в виду, Сереженька, что исторические изречения не только иногда меняют смысл, но и приобретают со временем более афористичную форму.

— Впрочем, — добавил академик, — то, что эти слова действительно были сказаны, весьма сомнительно; еще менее правдоподобна их принадлежность князю: во-первых, Потемкин Фонвизина не выносил, а во-вторых, весь 1782 год отсутствовал в столице, инспектируя южные области страны и занимаясь присоединением Крыма к России.

— Тот есть был в походе, — вернулся к началу разговора профессор Синицын. — Поступим же по его примеру и мы. Вперед! Труден только первый шаг!

— Умри, Денис, лучше не скажешь! — воскликнул академик Пятитомов.




Художник Наталия Якубовская   

Страничка художника



© 2001 - 2017