На главную Rambler's Top100
Сентябрь 2016 г.


Август 2016 года



Слово о настоящем капитане Морская газета

Морская газета



Б. Н. Пресняков на борту ледокола-музея «Красин», 2015 г.

ДУХИ ПАРОВОЗА

В августе 2015 г. журнал «Костер» объявил литературный конкурс и попросил рассказать о настоящих капитанах. Я познакомлю вас с полярным капитаном Борисом Никитичем Пресняковым. «Полярный» — значит, он водил суда по трассам Северного морского пути и вел их сквозь льды и непогоду.



Кочегары за работой. Котельное отделение ледокола «Красин», 1933 г.


Борис Никитич с 2008 г. по 2014 г. был капитаном ледокола-музея «Красин». Ведь даже у музейного судна должны быть капитан и команда — тогда на нем все будет работать, на палубах будут царить порядок и уют, а посетители музея не перестанут задавать вопрос: «Когда вы пойдете в плавание?»

Выправка, веское слово и огромный багаж знаний отличали капитана. Я спросила Бориса Никитича, как он стал настоящим капитаном. Ответ прозвучал неожиданный: «Сначала я стал духом парохода». Так в первой половине ХХ в. называли кочегаров — членов судовой команды, которые обслуживали котлы. Именно кочегары забрасывали уголь в топки котлов. Надо сказать, что дело это было непростым. Борис Никитич почти полгода учился на курсах при Балтийском морском пароходстве — изучал технику безопасности, свойства и типы угля, устройство котлов и паровых механизмов. Вот что он рассказал о своей профессии: «Работа была ответственной, ведь от горения топлива зависела работа паровой машины. Уровень давления пара в котле должен был быть определенным, для того чтобы работали все механизмы судна. Говорили, что всегда «нужно держать пар на марке», то есть на том делении манометра, измерительного прибора, который показывал это давление. Для этого кочегар кидал уголь — иногда перебрасывал до пяти тонн за вахту! А еще следил за горением и чистил котлы».



Кочегар Михаил Зыбин. Котельное отделение ледокола «Красин», 1933 г.


Профессия кочегара не всем давалась легко — нужно было иметь отменное здоровье и выносливость. Борис Никитич пояснял: «В кочегарке нужна была не та сила, когда ты подковы гнул, а именно природная выносливость, когда в одном темпе ты тонны угля перекидываешь, потом выходишь и смеешься. И не чувствуешь губительной усталости. В кочегарке очень жарко, но нельзя пить — иначе силы уйдут. И всегда висит чайник, но только для того, чтобы прополоскать рот крепким чаем и быть готовым к работе. Там не присядешь, потому что судно движется и пар нужен все время». Поэтому кочегар — «дух судна», от его труда зависит подача энергии на все устройства парохода.



Котельное отделение ледокола Красин», 1928 г.


«И это изматывающий, однообразный, тяжелый труд. Месяц, другой, третий. Неужели всю жизнь кидать уголь? Многие уходили учиться на механика, чтобы уметь управлять всей машиной парохода. А я решил, что способен научиться управлять всем судном». Так для Бориса Никитича эта первая профессия на судне стала отличной закалкой воли, познакомила его со всей солью морской жизни, привела к решению стать капитаном.


Маргарита ЕМЕЛИНА











© 2001 - 2017