На главную Rambler's Top100
Биографии | Петербург | Поэзия | История | Природа | Сочинения | Игры | Кроссворды | Юмор | Кино | Мода | Сказки

Франсуа Рабле. Как создавался "Гаргантюа и Пантагрюэль"

1532 год. Шумит ярмарка во французском городе Лионе, который славится ремеслами, университетом и книгопечатанием. В пестрой многоязыкой толпе обращает на себя внимание человек — худое лицо, борода, прядь волос выбивается из-под берета на широкий лоб, внимательные и в то же время грустные глаза. Кто же он? О-о, про него ходит много легенд: говорят, это знаменитый врач, приехавший читать лекции по анатомии; идет молва, что он (даже произнести страшно!) сам анатомировал труп повешенного; а еще рассказывают, что он беглый монах.

Человек тем временем останавливается у одной из лавочек, где бойко идет торговля книгами. Что предлагают? Вот, например, маленькая книжечка с длиннющим названием: "Великие и бесценные хроники великого и преогромного гиганта Гаргантюа..." Человек в берете останавливается и берет книгу в руки.

На самом деле все, что шептали ему вслед на ярмарке, — чистая правда. Он, действительно, славится как искусный врач, да к тому же занимается всеми известными науками, одних языков сколько знает — не счесть. Его зовут Франсуа Рабле, и до последнего времени он работал в Парижском городском госпитале — в том самом, где было по 200 человек в палате. Теперь он бакалавр медицины, но то, что он беглый монах, — это тоже правда. Так чем же могла заинтересовать его эта пустая книжонка про обжору-короля?

Как ни странно, он и сам пишет такие книжки, берет заказы у лионских печатников и сочиняет что-нибудь для продажи на ярмарке. Недавно выпустил "Пантагрюэлистическое пророчество". Правда, это пророчество было не таким, какими обычно торгуют на базарах. "В этом году, — писал Рабле, — слепые не прозреют, глухие не прослышат, немые не заговорят, богачи заживут лучше бедняков". Уже тогда стало ясно, что, кроме познаний в медицине, кроме способностей к языкам, у знаменитого врача есть еще одно качество, еще один верный помощник — смех.

И вот в том же 1532 году Рабле выпускает новую книгу, в которой использует народные рассказы о великанах-королях. Называлась она "Устрашающие и ужасающие деяния и подвиги знаменитейшего Пантагрюэля". Книгу сразу же заметили: в следующем же году богословский факультет Сорбонны осудил ее, и автору стала грозить опасность угодить в тюрьму.

Откуда же он взялся — странный человек? Считают, что он родился в 1494 году в маленьком французском городке Шиноне. О том, кем был его отец, легенда говорит разное — аптекарем, содержателем кабачка, адвокатом. Известно только, что семи лет Франсуа отдали в монастырь.

В монастыре не разрешалось заниматься науками, запрещалось даже читать книги, кроме богословских. Скоро ему стало ясно, что в монастырях ему не жить, и Франсуа Рабле бежал. Только через много лет, будучи доктором медицины, он получит у папы римского прощение за этот поступок, а до этого времени он был как бы вне закона.

Но он ничего не боялся. В течение двадцати лет он писал невероятную книгу, каждая из пяти частей которой подвергалась запрету за дерзкое свободомыслие. Не раз ему приходилось скрываться — ведь за любую из четырех частей книги его могли послать на костер (пятая вышла уже после смерти Рабле). Но он упорно возвращался к своим Гаргантюа и Пантагрюэлю. Так "книжка для продажи на ярмарке" превратилась в дело всей его жизни.

Вторая часть (она стоит в романе первой) вышла уже через два года — в 1534 году — "Бесценная жизнь великана Гаргантюа, отца Пантагрюэля". В этом же году, на несчастье Рабле, случилось вот что: в Париже и других городах на стенах домов появились плакаты с нападками на папу и вообще на католическую церковь. Король был в бешенстве. Церковники всполошились и даже требовали запретить книгопечатание — эту заразу, которая везде сеет преступное свободомыслие. По всей стране запылали костры инквизиции. Рабле пришлось бежать, и он выехал в Италию.

Только через двенадцать лет — в 1546 году — он осмелился опубликовать третью часть книги. Она была напечатана в Париже. Рабле на этот раз рисковал еще больше, чем раньше, ведь буквально за несколько месяцев до этого в столице Франции повесили гуманиста и издателя Этьена Доле. Только заступничество друзей Рабле перед королем спасло его.

Но, несмотря на все гонения, Рабле не сложил оружия, и хотя влиятельных друзей уже не было, через шесть лет — в 1552 году — он выпустил четвертую часть книги. Немедленно парижский парламент подверг ее судебному рассмотрению — темные тучи снова нависли над головой писателя. Теперь вряд ли ему удалось бы избежать тюрьмы или, хуже того, — костра. От этого его спасла кончина: в следующем, 1553 году Франсуа Рабле умер.

И вот перед нами объемистый том "Гаргантюа и Пантагрюэль" — книга, над которой Франсуа Рабле работал двадцать лет. Откроем ее и мы увидим панораму жизни Франции XVI века. Здесь есть все: все слои общества, все занятия, все профессии, от королей до крестьян. И главное — смех. Рабле смеется над трутнями-аристократами, монахами, тупыми судьями, бессмысленными учеными-схоластами, над королями, которые мечтают завоевать весь мир. Он громит все старое, отжившее, все, что мешает человеку вздохнуть свободно.

Не удивительно, что книга Рабле вызывала такую ярость — здесь досталось всем. Вот короли. О них писатель говорит устами Панурга: "Эти чертовы короли здесь у нас на земле, — сущие ослы: ничего-то они не знают, ни на что не годны, только и умеют, что причинять зло несчастным подданным..." Рабле, конечно, не мог представить себе государство без короля, он верил в просвещенного монарха. Именно такими: мудрыми, добрыми и образованными предстают у него старый Гаргантюа и его сын Пантагрюэль. Реальные монархи были, конечно, далеко не таковы.

А вот судьи. "Я наудачу бросаю кости и решаю дело в пользу того, кому на счастье выпадет больше очков", — заявляет судья Бридуа, который исправно служил сорок лет и вынес тысячу приговоров.

Не забывает Рабле и о школьной системе, построенной на бессмысленной зубрежке. В результате использования такого метода Гаргантюа за тринадцать лет выучил весь алфавит — от начала до конца и от конца до начала.

Но больше всего нападает Рабле на монахов, сказались, видно, годы, проведенные в монастыре. Монахами он населил остров Звонкий, и единственное, чем они там занимаются, — это бьют поклоны да звонят в колокола. "Монах не пашет землю в отличие от крестьянина, — читаем мы в первой книге, — не охраняет отечество в отличие от воина, не лечит больных в отличие от врача... монахи только терзают слух окрестных жителей дилим-бомканьем своих колоколов".

Конечно, Рабле издевается не над религией как таковой, а над церковниками. Народ в те времена искренне верил в бога, но не мог же он не видеть, насколько дела "святых отцов" отличались от их слов. Они исповедовали бедность, а сами жили в роскоши, призывали к добру и занимались неблаговидными делами. Поэтому основное оружие Рабле направляет именно против католической церкви.

Но ведь он и сам был когда-то монахом, и знал, что и среди них есть честные, хорошие люди. Вот почему один из его любимых героев, брат Жан Зубодробитель — тоже из тех, кто носит рясу. Но он совсем не похож на тех бездельников, над которыми смеется Рабле: для него счастье — это труд. "Мастерю тетиву для арбалета, оттачиваю стрелы, плету сети... я никогда без дела не сижу", — говорит о себе брат Жан. Но когда на его родину напали, он, не размышляя, идет на врага. Это настоящий народный герой.

Брат Жан, невозмутимый ученейший Пантагрюэль, старый мудрый Гаргантюа, Панург, остроумнейший насмешник и выдумщик и к тому же очень образованный человек — вот те герои, которых Рабле поотивопоставляет миру безделья, глупости, косности, нетерпимости.

Герои книги "Гаргантюа и Пантарюэль" часто смеются, они даже хохочут. Смеется вместе с ними и читатель. А Франсуа Рабле этого и добивался. Именно смех был тем оружием, которым он уничтожал своих врагов и своих преследователей. Смехом он боролся с невежеством и тупостью и утверждал новые светлые идеалы. И вовсе не потому, что не мог бороться иначе, другими способами, а потому что смех — достояние сильных, добрых и просвещенных людей.

Е. Перехвальская

Опубликовано в журнаде "Костер" за январь 1987 года

Все биографии

© 2001 - 2017