На главную Rambler's Top100 Петербург | Поэзия | Сочинения | История | Биографии | Природа | Игры | Кроссворды | Юмор | Кино | Мода | Сказки
"Полнощных стран краса и диво..."

ВЕРШИНА ТОМА ДЕ ТОМОНА

Петербург, приближаясь к порогу XIX века, еще не обрел одной, может быть, самой замечательной черты: его центральная часть не успела превратиться в невиданную ранее систему архитектурных ансамблей. Такая задача была по плечу только целой плеяде замечательных зодчих: Воронихину, Росси и Стасову. А Тома де Томон (1760 — 1813), 240-летие со дня рождения которого отмечается в этом месяце, не мог пока и предположить, что здесь, на брегах Невы, он обессмертит свое имя, что он станет автором первого величественного, развернутого, классического ансамбля: здания Биржи с Ростральными колоннами и набережной Стрелки Васильевского острова*.

Биржа

Проектирование и создание этого ансамбля охватывает почти весь тринадцатилетний период деятельности архитектора в Петербурге. Стрелка Васильевского острова еще с петровских времен привлекала внимание создателей города. Сюда с Петербургской стороны в 1720 году переместился торговый порт. Здесь Доминико Трезини возвел знаменитые Двенадцать коллегий. Тут предполагалось строительство грандиозных зданий Сената и Синода, собора и, конечно. Биржи. Ее-то и начал строить Джакомо Кваренги. Следуя установившейся традиции, он развернул здание главным фасадом к Адмиралтейству. Трехэтажное, строгое по очертаниям, с шестиколонным портиком, оно имело неоспоримые достоинства, строгую архитектурную выразительность, но художественной доминантой всей застройки Стрелки Васильевского острова она стать не могла.

Томон приложил неустанные и многолетние усилия, чтобы попытаться вписать кваренговскую, почти достроенную Биржу в свой проект. Но и для гениального архитектора подобная задача оказалась невыполнимой.

Для того, чтобы создать перед новостроящейся Биржей хорошо очерченную площадь, надо было продвинуть стрелку в Неву более чем на сто метров. Если вспомнить о скромных технических средствах начала XIX века, работа предстояла титаническая. И главное, надо было поставить Биржу так, чтобы она не затерялась на огромных невских просторах. С этим труднейшим заданием Томон справился блестяще.

Поднятое на высокий стилобат, окруженное торжественным парадом мощной колоннады, величественное биржевое здание производит неизгладимое впечатление. И колонны-маяки с носами старинных кораблей, с восседающими у подножья фигурами, олицетворяющими собой главные реки Российского государства, словно могучие крылья приподнимают Биржу над невским простором.

Многое еще создал для великого города Тома де Томон: и замечательные, подлинно монументальные, хотя и небольшие по размерам фонтаны рядом с императорской дорогой, ведущей в Царское село (один из них переехал к скверу, расположенному сбоку от Казанского собора). И выделяющийся даже среди блистательных барских домов города святого Петра изумительно стройный, благороднейший по пропорциям особняк Лавалей со знаменитыми львами у входа, и самый запоминающийся среди сооружений Павловского парка павильон-мавзолей, посвященный памяти императора Павла I.

Но Биржа на Стрелке Васильевского острова оказалась для Тома де Томона той вершиной, на которую далеко не всем, даже выдающимся зодчим Петербурга, удалось вступить.

Герман ГОППЕ

* О них мы писали в «Костре» № 1, 1996 г.

Рассказ опубликован журнале "Костер" за апрель 2000 года.

© 2001 - 2007
© 2001 - 2017